Политические риски в восточно-средиземноморском квадрате

Политические риски в восточно-средиземноморском квадрате

  • Понедельник, 09 октября 2017 09:02
  • Угрозы и возможности для Кипра. 

    Сегодня глобальные инвесторы, суверенные фонды, государственные и частные компании смотрят на географические карты с чувством растущей неопределённости. Политическая нестабильность, социальные протесты, войны и терроризм способствуют росту всевозможных рисков, с трудом поддающихся комплексному анализу. С этой точки зрения в Восточном Средиземноморье выделяется «квадрат риска», в котором идёт конкуренция за геополитические выгоды, природные ресурсы и инвестиционные проекты.

    Главными ставками является добыча газа на шельфах и маршруты его транспортировки. Важен также и сектор туризма, чутко реагирующий на политические риски во всех проявлениях – от обеспечения физической безопасности до траектории маршрутов круизных лайнеров. Кипр находится внутри этого квадрата, границы которого (сверху вниз по часовой стрелке) таковы: южное побережье Турции – берега Сирии, Ливана, Израиля – северная оконечность Египта – Средиземное море правее Родоса.

    Наша задача – оценить страновые политические риски по этому периметру. От них во многом зависит экономическое процветание Кипра как точки стабильности в пространстве небезопасности. Референсным фоном станет карта рисков от компании COFACE, одного из лидеров мировой консалтинговой индустрии. На ней представлены восемь уровней риска по мере возрастания.

    Оценка политического риска – кропотливая многофакторная работа, иногда дающая противоречивые результаты. Есть спорные моменты и у COFACE: например, Кипр и Турция получили по 5 из 8 баллов, несмотря на спираль конфликтности, в которую закручена вся турецкая политика после неудачного госпереворота в 2016 году. Ещё один пример – «рисковая безупречность» США, несмотря на действия Трампа, методично демонтирующего достижения своего предшественника. К аналитикам COFACE есть вопросы, некоторые из них читатели могут сформулировать сами, но в целом подобные рейтинги остаются ориентиром для инвесторов.

    Египет

    С открытием кипрских месторождений газа и разработкой южных маршрутов его транспортировки Египет стал для Кипра самой важной страной в арабском мире. Недавний двусторонний договор закрепил проект подводной транспортировки природного газа из кипрской ИЭЗ в египетскую.

    После «Арабской весны» и свержения двух президентов Египет начал выходить из фазы острого кризиса. Хотя сохраняются социальное напряжение, высокая инфляция и рост тарифов, на макроэкономическом уровне появились определённые успехи. ВВП с 2015 года медленно пошел вверх. Инвестиционные рейтинги страны стали расти, а политические риски – снижаться. Сегодня их уровень (6 из 8 баллов по версии COFACE) такой же, как в России, Греции или, например, Грузии. Это очень неплохо для страны, ещё три года назад находившейся перед угрозой политического коллапса и гражданской войны.

    Политические реформы пока на удивление успешны. Прямое народовластие достигло рекордного для арабского мира уровня. Демократизация по-египетски сопровождается впечатляющим ростом количества политических партий, гражданских движений и всевозможных референдумов. Конечно, специфика страны не позволяет говорить об эталонной консолидированной демократии, но происходящее приходится по вкусу большинству населения.

    Начинают верить в Египет и страны-инвесторы. В прошлом году Россия выделила кредит в размере $25 млрд на строительство АЭС в районе города Эль-Аламейн. Российская сторона оптимистично смотрит на длинные циклы риск-менеджмента. Выплаты по кредиту Египет начнёт только в конце 2029 года, после завершения строительства станции корпорацией «Росатом». Предполагается, что до этого времени политика и экономика арабской страны будут в полном порядке.

    Сирия

    Гражданская война в Сирии показала тёмную сторону политической глобализации с быстрым распространением негативных эффектов. Конфликт затронул множество силовых линий мировой политики, включая отношения России с США и ЕС. Ситуация доведена до такой степени напряжённости, что независимо от судьбы Башара Асада, страна обречена на долгие годы внутренних конфликтов. Наивысшие оценки по всем пунктам риска сохранятся надолго.

    Милитаризация региона является самой большой проблемой для Кипра. Аналитики из Rand Сorporation в отчетах по Восточному Средиземноморью постоянно напоминают, что пусковые установки с ракетами, находящиеся в Сирии, имеют радиус действия 500 км. То есть, держат в зоне поражения Турцию, Израиль, Кипр (имеются в виду, прежде всего, базы Акротири и Декелия). Понятно, что это крайняя форма интернационализации сирийского конфликта, но показателен сам факт теоретического моделирования.

    Подчеркнём, что кипрская дипломатия занимает умную позицию по отношению к сирийскому конфликту. Немногочисленные беженцы локализуются в специальных лагерях и не представляют угрозы для безопасности. Пока нет данных о том, что крупные инвесторы отказывались от проектов из-за географической близости к Сирии. По крайней мере, на рынках туризма это не сказывается, а финансовые и консалтинговые услуги – визитные карточки кипрской экономики – экстерриториальны по определению и практически не подвержены геополитическим рискам.

    Ливан

    Ливан пережил внутренние волнения во время «Арабской весны» в 2011 году и прошёл через полную смену правительства. Уровень риска по COFACE – 6 из 8 баллов. Однако ситуация там критически зависит от сирийского конфликта. Все политические силы разделены по принципу pro и сontra относительно режима Асада в Сирии. Политическая креатура Ирана, радикальная партия Хезболла (признана террористической организацией в ряде стран) занимает 12 из 68 парламентских мест в поддерживающей сирийского президента партийной «Коалиции 8 марта». Пока правящим партиям удается сохранять стабильность, но продолжающийся сирийский конфликт держит страну в постоянном напряжении.

    Турция

    Анкара продолжает дестабилизировать регион военно-морскими демаршами против разведки газа на участке 11 «Онисифорос». Подводный газопровод EastMed, операторами которого планируют стать Израиль, Кипр и Греция, способен изменить рынок газа в ЕС и озолотить три страны и будущих инвесторов. Без помощи последних не обойтись: по последним оценкам стоимость проекта превышает $6 млрд. Однако проект находится под давлением сильнейших геополитических рисков. Позиция Турции в сирийском конфликте, её «особые отношения» с Катаром, успех недавнего референдума, облегчившего президенту и его партии ручное управление страной – всё это заставляет задуматься о перспективах правящего режима. СOFACE оценивает политический риск для Турции как «существенный» (5 из 8).

    Моментом истины станут президентские выборы 2019 года. После этого страна должна будет сделать выбор в пользу одного из двух судьбоносных векторов. Первый (ретроградный) – откат в историю, в дореформенное начало XX века, укрепление религиозных консерваторов и окончательный разрыв с Европой. Тесты на Acquis сommunautaire* Анкара не пройдёт. При достижении критического уровня регресса нельзя исключать выход Турции из НАТО и Совета Европы. Второй (модернизационный) – в случае победы противников Эрдогана – продолжение европеизации, ослабление авторитарной системы, более аккуратная внешняя политика.

    Для Кипра важнейший вопрос – в каком внешнеполитическом стиле Анкара проживет до выборов? Насколько велика опасность авантюризма, вплоть до военных столкновений в зоне газовых месторождений с Грецией и Кипром, объединённых в оборонительный союз? Для таких опасений есть определённые основания. Последние события показывают, что внешнеполитический компас Анкары окончательно размагнитился. После путча 2016 года у турецкого лидера начали сдавать нервы. Постоянные перебранки с лидерами европейских стран, авантюрная роль вето-игрока в системе сотрудничества стран НАТО, угрозы вступления в ШОС** вместо ЕС (неадекватность заключена в самом факте сопоставления двух интеграционных структур). Добавим сюда поддержку Катара – лучшего друга Ирана, который является конкурентом Турции в Закавказье и Средней Азии. Аналитики по региону разводят руками: признаки продуманной стратегии здесь найти непросто.

    Турция стремительно теряет союзников, отказавшись от некогда популярной мечты о «Великом Туране», предусматривающей объединение вокруг неё максимального количества родственных стран. Мечта остаётся мечтой: в международной политике электроны не притягиваются к непредсказуемому ядру. До выборов 2019 года режим Эрдогана, скорее всего, сконцентрируется на внутренних проблемах, сократив рецидивы аффективного синдрома во внешней политике. Проблема курдов, например, для Турции важнее, чем кипрский вопрос. Но её позиция по добыче газа на шельфах, видимо, останется неизменной, что означает сохранение рисков минимум на два года.

    Израиль

    Об этом всё ещё не принято говорить, но арабо-израильский конфликт фактически признан вечным. История дипломатии сбилась со счёта, подсчитывая Конференции по Ближнему Востоку. Принцип «два государства – два народа» не имеет альтернативы, но представить мирное сосуществование Израиля и Палестины сложно.

    Израиль – демократическая и богатая страна, уверенно чувствующая себя в соответствующих чартах и рейтингах. Уровень рисков по COFACE – 2 из 8 – самый низкий в регионе. Тем не менее, правительственные кризисы случаются всё чаще, а ситуация на оккупированных территориях с их блокпостами и закрытыми зонами подтачивает израильскую демократию изнутри. При этом в регионе всё связано: палестинский вопрос вдохновляет исламскую радикализацию политических режимов арабских соседей.

    Сейчас Израиль обсуждает сепаратные проекты с Турцией по строительству газопровода, ведущего в Европу. Не исключено, что уже до конца года ему предстоит сделать выбор между Никосией и Анкарой. Кипр выглядит стабильнее и безопаснее, но надо помнить о том, что Турция на протяжении полувека была и пока остаётся важным союзником Израиля. Страны вовлечены в военно-экономическую кооперацию, которая, по идее, должна укрепляться в условиях постреволюционного переформатирования арабского мира. Пока же наблюдается обратное. И здесь непредсказуемость и антиевропеизм Эрдогана могут сыграть на руку Никосии.

    Большая смелость для маленькой страны

    Геополитическая судьба подарила Кипру завидное местоположение и сложное окружение. В сегодняшней ситуации многое зависит от искусства кипрской дипломатии. Несмотря на членство в ЕС, стране приходится рассчитывать, прежде всего, на себя. Федерика Могерини*** обаятельна и профессиональна, но она не делает чужую работу за других. К тому же, у Брюсселя сохраняются проблемы с чётко выраженной единой внешней политикой, особенно на окраинах ЕС. Кипру надо сдерживать (совместно с Грецией) Турцию, точно оценивать риски в арабском мире с учётом войны в Сирии и растущего напряжения между Катаром и Саудовской Аравией, продолжать гибкую кооперацию с Израилем, держа в уме арабские факторы. Маленькой стране потребуется большая смелость, но, как любил повторять Стефан Цвейг, тому, кто не боится риска, чаще приходит на помощь случай.

    Владимир Изотов
    кандидат политических наук, доцент факультета политологии МГУ
    им. М. В. Ломоносова
    Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

    * Acquis communautaire – (с фр. — «достояние сообщества») – правовая концепция в системе правовых норм Европейского союза. Наиболее общее толкование acquis communautaire – совокупность различных принципов, правил и норм, накопленных в рамках Европейского союза и подлежащих обязательному сохранению в процессе его деятельности и дальнейшего развития.

    ** Шанхайская организация сотрудничества — международная организация, основанная в 2001 году лидерами Китая, России, Казахстана, Таджикистана, Киргизии и Узбекистана.

    *** Верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности.

     

  • Read 1226 times