Никос Анастасиадис: «Если ты лидер – умей принять ответственность»

Никос Анастасиадис: «Если ты лидер – умей принять ответственность»

Это была далеко не первая наша встреча с Никосом Анастасиадисом, но интервью, тем не менее, получилось уникальным. Впервые Президент Кипра рассказал о своём отношении к друзьям, о жене, внуках и о своей карьере политика. Многие читатели могут и не знать о том, например, что у президента есть брат-близнец или что Никос Анастасиадис играл в театре. А ещё он признался, что три самых любимых его города – это Лондон, Афины и… Москва.

nicos anastasiades intervew1

Дата и место рождения
Никос Анастасиадис родился 27 сентября 1946 года в деревне Пера Педи близ Лимассола.

Образование
В 1969 году окончил юридический факультет Афинского университета, затем продолжил обучение в аспирантуре Университетского колледжа Лондона, где специализировался в области судоходного права.

Начало политической деятельности
Во время учебы в Афинском университете стал членом «Центра коалиции», основанного известным греческим политиком Георгиосом Папандреу.

Профессиональная деятельность
Возвратившись на родину, стал работать юристом, в 1972 году основал в Лимассоле юридическую фирму Nicos Chr. Anastasiades & Partners. В рамках своей работы часто ездил в командировки, в том числе в Москву, где в качестве юридического консультанта международного бизнеса и докладчика на конференциях и форумах побывал не менее сорока раз.

Политическая карьера
Один из основателей Союза молодёжи правых сил (NEDISY). В 1981 году был впервые избран в Парламент Республики Кипр. С 1985 по 2006 годы вновь избирался в депутаты Парламента. В 1997 году стал председателем партии Демократический сбор (ДИСИ). В марте 2012 года выдвинул свою кандидатуру на пост президента и через год победил на выборах во втором туре. Действующий (с 1 марта 2013 года) 7-й президент Республики Кипр.

nicos anastasiades intervew2

С мамой, сестрой и братом. 1950-е годы. Лимассол.

Можно найти друзей, будучи президентом

– Многие лидеры стран признавались, что с подъёмом по политической лестнице у них остаётся очень мало настоящих верных друзей. Практически все, кто добился успеха в политике, чувствуют себя одинокими. К вам это тоже относится?

– Думаю, это не совсем так. У меня много друзей по всему Кипру, но близких очень мало. Люди, которым доверяешь, со временем сменяют друг друга. Когда ты лидер партии – это соратники по партии, когда становишься лидером страны – министры, сотрудники аппарата.

– Круг близких друзей тоже со временем меняется?

– Среди моих друзей есть те, кто оставался рядом независимо от моей политической карьеры, те, кому можно довериться целиком и кто поддержит меня в любой ситуации. А есть люди, которые становятся друзьями в силу каких-то обстоятельств. Конечно, из-за большой занятости и ограничений, накладываемых работой, круг моих настоящих, близких друзей стал совсем небольшим.

– Как вы считаете, можно найти новых настоящих друзей, будучи президентом? Или всегда будешь думать, что людьми движет некий корыстный интерес?...

– Конечно можно! Даже в жизни президента появляются новые люди, с которыми сближаешься. Играет роль и должность. Например, у лидера партии круг общения намного уже, чем у лидера страны. На посту президента появляется возможность установить дружеские связи и с политиками, и с бизнесменами, и с представителями профсоюзов, независимо от того, каких политических взглядов они придерживаются.

– Ваша жена Андри – друг вам?

– Она больше, чем друг. Андри очень помогает мне, особенно в самые трудные моменты. Она вообще ведет очень активную жизнь, является, к примеру, президентом благотворительных обществ. К тому же встречается со многими друзьями, родными и близкими, кому я не могу уделить должного внимания из-за своей занятости.

– Как вам удаётся при такой загруженности сохранять тёплые отношения с супругой?

– Во-первых, два-три дня в неделю она проводит здесь, в Никосии. По выходным она в нашем доме в Лимассоле. По субботам и иногда по воскресеньям мы обязательно обедаем вместе с детьми и внуками. Но по большому счёту, конечно, нельзя сказать, что у меня есть личная жизнь – бόльшая часть времени посвящена выполнению рабочих обязательств. Работать приходится и в выходные, и по вечерам: круг обязанностей очень широк. Отдых я позволяю себе только после обеда: сиеста на час-полтора – моя давняя традиция, это позволяет мне плодотворно работать до позднего вечера.

– Как вы снимаете усталость? Что позволяет вам восстановиться после долгого дня или сложной рабочей недели?

– Это может быть вечер в хорошей компании, если же я один – могу что-то почитать или посмотреть телевизор. Но в последние годы такие вечера случаются редко. Я даже не могу вспомнить, когда это было в последний раз.

Брат-близнец далёк от политики

– Вы упомянули своих внуков. Сколько их?

– У меня их четверо, три мальчика и девочка. Старшему 12 лет, двум другим по девять, у них разница в две недели (они почти как близнецы: и похожи, и почти не расстаются), а самому младшему внуку – четыре года. Внешне очень похож на меня.

– У вас есть брат-близнец. Какие у вас отношения? Вы всегда были вместе? Похожи ли характерами?

– Мы росли вместе, но сейчас общаемся не очень много – встречаемся в доме матери по субботам. Он совсем далёк от политики и моих профессиональных интересов: я получил юридическое образование, а мой брат – инженер. Мы с братом совершенно разные по характеру, даже по менталитету, я бы сказал. И кстати, с возрастом мы стали непохожи друг на друга и внешне: самое заметное то, что цвет кожи у нас теперь разного оттенка. Конечно, сразу видно, что мы братья, но для посторонних вряд ли очевидно, что мы близнецы.

– Трудно быть братом президента?

– Ну, это у него нужно спросить. Я думаю, да. К примеру, те, кто не может напрямую обратиться ко мне, ищут обходные пути через близких мне людей – друзей или родственников.

Хотел стать политиком с детства

– Ваша карьера напоминает сплошной непрерывный подъём с самого начала, со времени учёбы в университете и вашего участия в молодёжной организации партии ДИСИ.

– Моя политическая карьера началась задолго до моего вступления в партию – ещё в студенческих профсоюзах. За этим последовала активная работа в молодёжной организации, общественная деятельность, участие в проектах профессиональных юридических ассоциаций. Потом – многолетняя работа в партии, в парламенте… Да, я могу сказать, что всю жизнь занимался политикой и общественной работой.

– Когда вы решили, что станете политиком? В юности?

– В детстве. Ещё в школе я с удовольствием брался за какие-то общие задачи и дела, был членом совета класса. И даже играл в школьном театре. Мне нравилось выступать перед публикой.

– Какие роли вы исполняли?

– Запомнилась роль турка-киприота, очень хорошего человека. Действие происходило в 1821 году, во времена архиепископа Киприаноса, боровшегося против Османской империи. Мы ставили очень разные пьесы: люди в театральной труппе подобрались увлечённые и талантливые. А для меня это был первый опыт публичных выступлений.

– Что было самым сложным в вашей политической карьере?

– Внедрять новые идеи. Я лично работал над тем, чтобы наша партия сформировалась как умеренная организация, прививал членам партии новый образ мышления, основанный на либерализме, толерантности. Сложным был и остаётся кипрский вопрос. Известно также, что когда я победил на президентских выборах, в стране разворачивался глубочайший банковский кризис. И в последние три года бόльшая часть моего времени уходит на реализацию мер, призванных смягчить последствия этого кризиса и помочь восстановлению экономики, а также на переговоры по объединению Кипра. Мы стремимся найти решение кипрского вопроса в рамках диалога, путем ведения самых интенсивных в истории острова переговоров.

nicos anastasiades intervew4

С лидером турко-кипрской общины Мустафой Акынджи

Выбрать меньшее из двух зол

– В 2004 году вы были одним из немногих политиков, кто открыто поддерживал план Аннана. Вы убеждали людей, что принятие плана поможет раз и навсегда решить кипрскую проблему. Но на референдуме более 70% населения проголосовали против. Как вы это восприняли? Вы по-прежнему считаете, что план надо было принять, или со временем изменили свое мнение?

– Как ответственный политик, я могу с полной уверенностью заявить: план Аннана был приемлемым. Безусловно, в нём был ряд спорных положений, но со временем их можно было бы скорректировать. По моему мнению, план Аннана был уникальной возможностью решить застарелую кипрскую проблему. Сейчас бы уже 12 лет жили в объединённой стране… Конечно, я понимаю и принимаю тогдашнее решение людей. И в последние месяцы и годы мы решаем кипрскую проблему с учётом тревог и опасений подавляющего большинства граждан Кипра, проголосовавших против. Но момент упущен, и сейчас найти решение гораздо сложнее.

– На посту президента вам неоднократно приходилось принимать рискованные политические решения. Чем вы руководствуетесь в таких ситуациях?

– Я считаю, что лидер должен вести, а не быть ведомым. Как показывает мой собственный опыт, настоящий лидер должен быть готов к тому, что ему придётся принимать такие решения, и должен быть уверен в их правильности. Принимать неоднозначные решения следует, руководствуясь в первую очередь благом страны и народа, а не возможными политическими издержками. Лидер, несомненно, обязан иногда рисковать. Откладывая принятие решения, каким бы жёстким, непопулярным и спорным оно ни было, можно ещё более осложнить ситуацию. Нужно трезво оценить масштабы происходящего, принять требуемое решение и иметь смелость взять на себя ответственность за него.

– Можете привести пример?

– Два раза мне пришлось отстаивать своё мнение тогда, когда большинство было против. В 2004 году, в случае со всенародным референдумом по объединению. И в 2013 году, в процессе выбора решения по «стрижке» депозитов.

Весной 2013 года мы после долгих переговоров приняли предложение Еврогруппы за неимением альтернативного решения. Самое первое предложение Евросоюза (или, скорее, Берлина) было выгоднее итогового решения, хоть я и был против этого первого плана. Не имея возможности выйти из кризиса, было бы лучше допустить «стрижку» всех банковских депозитов, но спасти при этом банковскую систему. По сути, по первому плану потери были равны лишь процентам по этим депозитам за последние два года. Конечно, деньги потеряли бы все вкладчики всех банков. Но потеря даже 10% от вклада (что компенсировали бы акциями банков) могла быть восполнена, если бы банки быстро возобновили нормальную работу. Поэтому я решительно поддержал этот план, пусть он и противоречил моим принципам и данным мною обещаниям. Но я понимал, что наделён властными полномочиями и должен взять на себя ответственность, выполнив требования ЕС. Первый план не прошёл. Мы получили то, что получили. Но я до сих пор не изменил своего мнения – первое предложение было выгоднее.

– Первый этап переговоров с Еврогруппой длился более десяти часов. Что вы тогда чувствовали?

– Подавленность, безысходность, понимание того, что любое решение будет болезненным и трагичным для людей, хранивших деньги в кипрских банках. Я называю этот день «чёрной пятницей». Мне даже не хочется вспоминать об этом. Это был очень сложный момент в моей политической карьере – я сделал всё, что мог, чтобы защитить интересы граждан своей страны и будущее нашей банковской системы в целом. Это очень горький опыт, но теперь он уже в прошлом. Благодаря последовательным и решительным действиям, а также пониманию и терпению со стороны граждан страны, нам удалось преодолеть тяжелейший кризис. Быстрое восстановление экономических показателей – доказательство того, что мы выбрали правильный курс.

nicos anastasiades intervew5

На переговорах в Брюсселе. Март 2013 г.

nicos anastasiades intervew6

С канцлером Германии Ангелой Меркель

Дело не в возрасте, а в мышлении

– В каком возрасте лучше всего становиться президентом?

– Дело не в возрасте. Все зависит от образа мышления и навыков. Можно успешно управлять государством и в 40 лет. В то же время политик более старшего возраста имеет богатый жизненный опыт и при этом может использовать знания молодого поколения и новый образ мышления. Именно так я и поступаю. Практически всем министрам моего правительства – от 40 до 50 лет. Уверен, что нужно прислушиваться к мнению людей, которые думают иначе, чем ты. И вырабатывать какую-то общую взвешенную позицию – именно это приводит к успеху. Я горжусь своей командой, можно сказать, «семьёй».

– Политика – это на всю жизнь?

– Конечно, нет! Но я ещё не думал над тем, чтобы закончить политическую карьеру: пока что я полон сил и решимости действовать. Естественно, придёт время уйти на покой. Но не сейчас. Я пока занят исполнением своих предвыборных обещаний и решением текущих проблем.

– Кто из политиков вызывает у вас восхищение и уважение?

– Из действующих европейских политиков – прежде всего, Ангела Меркель и Владимир Путин. В Европе достаточно много волевых и целеустремленных людей, но эти двое безусловно выделяются на общем фоне. А вообще, таким вопросом вы ставите меня в неловкое положение: любые примеры могут быть истолкованы двояко.

– А политики прошлых лет? Чьи идеи вам близки?

– Если мы говорим о Европе, то Маргарет Тэтчер, Гельмут Коль, Франсуа Миттеран. Последний, на мой взгляд, был выдающимся политиком, хотя мы с ним придерживались разных политических взглядов.

Москва – любимый город

– В какую страну вы больше всего любите ездить?

– Это очень лёгкий вопрос. Мои любимые направления – Афины, Москва, Лондон.

– Афины – потому что вы там учились…

– …Лондон – потому, что там я продолжил своё образование, остались приятные воспоминания, друзья, любимые места. И, наконец, Москва – потому что там живут дружелюбные и гостеприимные люди. Я много раз бывал там и полюбил их образ жизни.

– Вы как-то рассказывали, что в общей сложности посетили Москву более 30 раз. Когда состоялся самый первый визит?

– В 1989-м. Это было в начале перестройки. Нас пригласили на конгресс молодёжных организаций в Эстонию. Два дня мы провели в Москве, затем отправились в Таллинн. Начиная с 1993 года я бывал в Москве много раз, уже давно сбился со счёта. Посещал столицу России по работе, в качестве юридического советника, а также по государственным делам как член Парламента Кипра.

– В ваш первый приезд что произвело наибольшее впечатление?

– Всё. Мы испытали шок, потому что привыкли к иному образу жизни. Хорошо, что я поехал в составе группы: мы могли осмыслить увиденное, обсуждая и делясь впечатлениями. Со стороны Россия представлялась иначе. Было очевидно, что в стране не всё благополучно. В Москве исторические здания, памятники, улицы были в ужасном состоянии, в Европе такого нет. Другими были политическая система, менталитет. Тотальный дефицит: от продуктов питания до одежды и предметов первой необходимости. Но я был приятно удивлён во время последующих визитов, видя прогресс в вашей стране. Новый уклад жизни, образ мышления – в России в последние три десятилетия происходило постоянное развитие.

– В то время вы были лидером молодёжной организации. Сравнивали ли своё движение с комсомольской организацией СССР? Что было хорошего, а что казалось неуместным?

– Тогда уже начиналась перестройка, переходный период. Было ясно, что изменения неизбежны. На молодёжном конгрессе до нас пытались донести идею о преимуществе социалистического образа жизни, но, сравнивая уровень жизни в наших странах, мы видели совершенно обратное. Мы надеялись, что ваша страна выберет новый путь – новую систему управления государством, новый образ жизни.

Дружить не против кого-то, а во имя страны

– Вы тоже пытаетесь обновить внешнеполитический курс своей страны. Как вы предполагаете совмещать дружеские отношения Кипра с США и с Россией?

– Я уверен, что оба эти направления могут прекрасно сочетаться. Устанавливая отношения с новыми партнёрами или укрепляя отношения с другими странами, нужно сохранять верность принципам и уважать своих друзей, которые оставались верными на протяжении многих лет – я имею в виду Россию, Советский Союз. Проверенные временем друзья всегда приходили на помощь Республике Кипр в самые критические моменты истории. Если новые отношения не направлены против ваших друзей, а только используются в интересах вашей страны, то я не вижу никакого противоречия. Например, я никогда не считал, что хорошие отношения России и Турции (пока они были таковыми) направлены против Кипра. Несмотря на то, что у России были прекрасные отношения с Турцией, отношения с нами у неё также были замечательными.

Если у нас хорошие отношения с США, это не значит, что мы против России. Налаживание связей с Израилем, например, не мешает нашим хорошим отношениям с Палестиной, Египтом, Иорданией, Ливаном. Напротив, мы пытаемся найти способы улучшить отношения всех соседей по региону. Я твердо верю в то, что можно иметь прочные связи со странами, между которыми есть какие-то разногласия, если это в интересах вашей страны.

– В прошлом году вы совершили два визита в Россию. Первый был официальным, и вы обсудили большой спектр вопросов, восстановили доверительные отношения между двумя странами, подвергшиеся испытанию весной 2013-го. А потом вернулись в Россию в мае, посетив юбилейный парад Победы, хотя испытывали большое давление по поводу этого визита. Почему вы приняли такое решение?

– Я считал ошибочным свернуть то прочное партнёрство, которое существовало между Европой и Россией. В отношении Украины всеми были допущены ошибки, не было глубокого понимания того, чего мы хотим добиться введением санкций. Говоря «мы», я имею в виду европейцев. Решать должна была Украина, нам не следовало вмешиваться, поощрять их, а потом уйти в сторону.

Я помню, как в 2013 году, через два месяца после моего избрания президентом, в Москве проходил форум «Россия–Европа. Сотрудничество без границ». Все еврокомиссары, а также президент Европейского Совета Херман Ван Ромпёй и председатель Европейской комиссии Жозе Мануел Баррозу, были в Москве. Они тогда даже собирались отменить визы для россиян, упростить визовый режим. В своих выступлениях на заседаниях Европейского Совета они приводили аргументы, почему Европа вынуждена строить и укреплять отношения с Россией. Они признавали, что к России есть претензии, есть нарушения в области прав человека и тому подобное, но с другой стороны, Европа и Россия являются торговыми партнёрами, торговый оборот превышает 3 млрд евро в год. Во-вторых, без России мы не разрешим кризис в Сирии (который тогда только начинался), переговоры с Ираном без России зашли бы в тупик. Поэтому мы должны продолжать укреплять связи с Россией и оставаться партнёрами. Так они говорили. А потом появилась иная риторика… И стали говорить прямо противоположные вещи.

Я считаю, внутриполитические события в Киеве были внутренним делом Украины. И решения должен был принимать украинский народ самостоятельно, без внешнего вмешательства. Зачем надо было давать обещания, когда не были готовы оказать соответствующую поддержку и помощь? Кто сегодня вспоминает о Крыме? И чего мы добились введением всех этих санкций? Ничего. Как санкции помогли Украине? Никак. Как повлияли на отношения Европы и России? Крайне негативно. Вот поэтому я решил: я должен защитить интересы своей страны, не ставя себя при этом постоянно в положение младшего партнёра.

Мы все действуем в русле общей европейской политики. В соответствии с основополагающими принципами ЕС все решения принимаются единогласно. Этому могут предшествовать длительные дискуссии, но в конечном итоге все приходят к общему решению. Мы приняли и исполняем решения по вопросу о санкциях. Но я считаю, что Кипр не должен прерывать традиционные, исторически сложившиеся отношения с дружественными странами. Поэтому я принял решение, несмотря на критику, особенно со стороны бывших стран Восточного блока, посетить Россию в мае 2015 года. Я считаю, что сделал всё возможное для блага своей страны, но и России тоже помог, показав, что у неё есть друзья, которые не отвернулись в тяжёлые времена. На трибунах ЕС я неоднократно пытался доказать ошибочность введения санкций. Безусловно, мы выступаем за территориальную целостность и суверенитет Украины. Но нужно понимать, что выполнение Минских соглашений – это единственный путь мирного разрешения украинского кризиса.

nicos anastasiades intervew7

Переговоры Президентов России и Кипра. Февраль 2015 г.

nicos anastasiades intervew8

Президент Кипра возлагает венок к могиле Неизвестного солдата в Москве. Февраль 2015 г.

nicos anastasiades intervew9

Во время своей первой встречи с Владимиром Путиным (Милан, октябрь 2014 года) Никос Анастасиадис признался, что был в России много раз, но никогда не бывал в Санкт-Петербурге. Договорились, что во время поездки в Россию Президент Кипра хотя бы на день посетит северную столицу, родной город В.В. Путина и М.А. Медведева. На фото – Президент Кипра с супругой в Эрмитаже.

nicos anastasiades intervew10

В присутствии Президента Кипра МГИМО и Университет Никосии подписали Меморандум о взаимопонимании. Февраль 2015 г.

Цена победы

– Что для вас значит быть президентом и лидером страны?

– Это значит руководить страной, используя для этого лучшие методы. Иметь в виду, что ты уже не просто член партии, а президент всей страны, представитель всех граждан Кипра независимо от их политических взглядов. Уважать права человека, правовые и этические нормы. Любое решение должно служить на благо всего народа, а не интересам узкого круга лиц. Повторюсь: нужно иметь мужество говорить правду людям, принимать пусть и непопулярные, но необходимые для страны решения. Если нужно помочь своей стране, вы должны забыть о возможных политических издержках.

– Какую цену лично вы платите за решение кипрского вопроса и непопулярные меры по оздоровлению экономики?

– Цена меня не интересует. Сейчас, как и всегда, для меня главное – сделать всё возможное для политического решения кипрской проблемы. Во-вторых, успешно выполнить данные мной обещания. Я получил страну, которая была в шаге от банкротства, и должен восстановить экономику, вернуть людям страну, достойную уважения, найдя решения для наименее защищённых слоёв населения. Мы делаем всё возможное, чтобы в итоге наши усилия дали результат.

В заключение я хотел бы сказать следующее. Я рад видеть, что живущие на Кипре русскоговорящие люди прекрасно ладят друг с другом даже после печальных событий на Украине. Хочу отметить ваши усилия, Наталия, и работу «Вестника Кипра» как вклад в укрепление этих отношений на основе терпимости, взаимного уважения и взаимопонимания. Вы много делаете для сближения людей разных национальностей, и я хочу выразить свою искреннюю признательность за ваш труд. Считаю чрезвычайно важным единство общества, различных этнических и языковых групп, а также согласие между людьми на Кипре… Мы многим обязаны россиянам.

И бизнесменам, и тем, кто просто выбрал наш остров в качестве места жительства. Посмотрите, как преобразился Лимассол! В немалой степени развитием этого международного делового центра мы обязаны россиянам. Почему мы быстро восстанавливаемся после кризиса? Потому что с нами остались иностранные бизнесмены – россияне, которые платили здесь налоги, покупали недвижимость, тратили деньги в ресторанах и магазинах, платили за обучение своих детей в частных школах.

Мы должны признать, что в сфере услуг большинство наших клиентов – из России. А основным источником пополнения бюджета Республики Кипр является именно доход от оказания услуг (юридических, банковских, бухгалтерских, консультационных) и доходы от туризма. Конечно, на Кипр приезжают туристы и из других стран. Но большинство наших гостей – россияне.

– То есть, экономика Кипра быстро восстановилась благодаря присутствию здесь иностранного и, в частности, российского бизнеса?

– Несомненно. Особенно важно то доверие, которое было оказано нам во время кризиса и последовавшей программы финансового оздоровления, в результате которой россияне понесли убытки. Но они не ушли с Кипра, как многие предрекали. А ведь именно разрыв наших деловых отношений с Россией был целью жёсткого давления, оказанного на Кипр в 2012-2013 годах. Вы помните все эти обвинения в том, что Кипр отмывает деньги российских олигархов? Ведь именно с этого началась информационная кампания по дискредитации Кипра. Но мы выдержали это испытание. И доказали, что дружба, взаимное уважение и доверие между Россией и Кипром сильнее внешних разрушающих факторов.

nicos anastasiades intervew11

nicos anastasiades intervew12

Андри Анастасиадис

Андри родом из Лимассола, получила специальность инженера гражданского строительства в Афинах. Несколько лет работала в департаментах дорожных и общественных работ Кипра. В течение многих лет активно занимается благотворительной деятельностью во многих кипрских и международных организациях.
Никос Анастасиадис женился на Андри Мустакуди в 1971 году. У них две дочери, Эльза и Ино, и четверо внуков: Андис и Николетта, Йоргос и Никос.

Андри Мустакуди-Анастасидадис ведёт общественную работу. Она:
Почётный президент Pancyprian Volunteerism Coordinating Council; Avantgarde Cultural Foundation; Pancyprian Association for the Protection of Spastic and Handicapped Children; Paraplegic and Friends Choir of Cyprus; "Elpida" Foundation for Children with Cancer and Leukemia.
Председатель управляющего комитета Radiomarathon.
Почётный председатель управляющего комитета Support of Children of Cyprus and America.
Патронесса Cyprus Association of Cancer Patients and Friends, Association "One Dream One Wish", Cyprus Foundation for Muscular Dystrophy Research, Europa Donna Cyprus Association, Association of Relatives and Friends of Addicted Persons in Cyprus.

nicos anastasiades intervew3

План Аннана

План Аннана – инициатива ООН по урегулированию кипрского конфликта в период 1999-2004 гг. Назван в честь тогдашнего Генерального секретаря ООН Кофи Аннана, активно участвовавшего в его разработке. Документ готовился с 1999 по 2004 годы и имел пять рабочих версий.

Предусматривал, среди прочего:
создание нового федеративного государства Объединённая Кипрская Республика, разделённого на две автономии (греческую с 69,5% территории и турецкую с 28,5%, за исключением британских баз);
создание президиума из шести человек (4 грека-киприота, 2 турка-киприота), которые по очереди занимают пост премьер-министра;
уменьшение территории турецкой части острова с 37% до 28,5%;
возвращение 85 тыс. беженцев в прежние места проживания (в основном в район Фамагусты);
роспуск Нацгвардии Республики Кипр, сохранение присутствия турецких и греческих войск на острове.

Кипрские политики подвергались значительному внешнему давлению в связи с необходимостью объединить остров до вступления Республики Кипр в ЕС. Тем не менее, лидеры обеих общин (Тассос Пападопулос и Рауф Денкташ) выступали против плана Аннана. В то же время, среди поддерживавших его политиков были «премьер-министр» ТРСК Мехмет Али Талат и Никос Анастасиадис, возглавлявший партию ДИСИ (61% членов которой проголосовали против плана).

24 апреля 2004 в обеих частях Кипра прошли два независимых референдума. Около 75% греков-киприотов высказались против плана Аннана, в первую очередь «из соображений государственной безопасности», в то время как 65% турок-киприотов его поддержали.

А уже 1 мая Республика Кипр стала полноправным членом ЕС с оговоркой, что членом ЕС является вся территория острова, «контролируемая Правительством Республики Кипр».

Беседовала Наталия Кардаш

Read 2694 times